«Убежище на этом свете можно получить и вперед ногами, но жаль сдавать Украину националистам». Интервью с Евгенией Бильченко | Лента быстрых новостей LugaNews.Ru


«Убежище на этом свете можно получить и вперед ногами, но жаль сдавать Украину националистам». Интервью с Евгенией Бильченко

Насколько интересной была новость?
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1

(0 голосов, в среднем: 0 из 5)

33
02.02.2021

«Убежище на этом свете можно получить и вперед ногами, но жаль сдавать Украину националистам». Интервью с Евгенией Бильченко

Евгения Бильченко, украинская поэтесса и профессор НПУ им. Драгоманова, которая уже несколько дней подвергается травле украинских националистов и радикалов из-за своего адекватного поста в защиту русского языка на Украине, рассказала, что никогда не была волонтёром «Правого сектора», а сейчас напротив — делает всё, чтобы защитить русскоязычное население от насильственной украинизации.

Читайте ещё

— Евгения, вы уже не раз говорили, что никогда не были официальным волонтёром «Правого сектора» во время Майдана, однако многие пророссийски настроенные читатели уверены в обратном. Не могли бы вы прояснить историю этого вопроса?

— Официальным волонтёром «Правого сектора» (ПС) я не была никогда, это легко проверить, позвонив в офис. Но помогать отдельным солдатам — помогала, а они прошли ряд структур от ПС до ВСУ.

После выхода в мир эссе «Страх» о тоталитарных тенденциях в постмайданной Украине в интервью журналистке издания «Страна» Стасе Рафал я в ответ на её вопрос: «Была волонтёром ПС?», — сказала — «да», не вникая, имеет ли это значение. Я хотела проукраинским гражданам показать, что не только Россия, но и их «единомышленники» думают так же. Я объяснила уже всё в 2018 году по поводу этого своего решения. После того, как я на сайте «Лига.нет» начала критиковать украинскую власть, а это было очень трудно, так как у нас людей убивали, того же Олеся Бузину, у меня начались проблемы. Я говорила тогда, что я экс-волонтёр, для того, чтобы украинский режим меня не трогал. Всё это записано с моих слов и начало гулять по сети с моих слов.

Пророссийские граждане вполне имеют право не прощать — я ничего не имею против, я осознаю свою вину и нахожусь в состоянии активного деятельного искупления, на этот счёт моя совесть сейчас спокойна.

— Когда именно вы поняли свою ошибку и решили посвятить себя нарушающимся правам человека на Украине? В частности — русскоязычного населения?

— Всё поняла в 2016. Из-за увиденного на войне. Я шла на одну войну и вернулась с другой. Шла защищать свою Родину, а выяснилось, что моя Родина нападает на саму себя. С одними музыкантами я поехала на передовую в Донбассе, акция, так сказать, окультуривания. Там у меня была беседа с одним из солдат из добробата «Тернополь». К слову, этот батальон он туда в скором времени просто ушёл. Поднялся и ушёл. Он мне сказал такую фразу: «Що ми тут робимо, они всі тут руські». Имелось в виду, что он пришёл защищать таких же украинцев, как он сам, грубо говоря, хуторян из Западной Украины, от регулярной армии Путина, а увидел совершенно другое население, которое разговаривает на русском, думает иначе, восхищается другими ценностями. Это был шок №1, и для него, и для меня. Шок №2 случился в другом городке, тоже в прифронтовой зоне. Один милиционер мне рассказал, что добробатовцы избили 15-летнего мальчишку, который защищал памятник Ленину. Искалечили его до состояния растения.

После подобных историй, в 2016 году, я начала заниматься защитой русского языка. Одним из первых было шумное дело, обернувшееся позже скандалом — «дело рыбок». Одна киевская художница в качестве волонтёра расписала стены детской онкологической больницы сказочными персонажами и дала им русские имена — Фёкла, Прасковья, но не Зоряна или Оксана. На неё начались нападки со стороны радикалов, а я её защищала с точки зрения культурологии в социальных сетях. После этого в моей жизни начался длинный процесс на ниве культуры.

Например, мы организовывали многолюдные поэтические вечера, чтобы русскоязычные писатели и поэты имели доступ в публичное пространство. Это были десятки фестивалей, даже сотни, если считать малочисленные. Каждый год у нас было по 3—4 крупных мероприятия, на которые приглашались люди из России, Белоруссии, онлайн с нами связывались из Германии, Чехии. И каждый месяц ещё 1—2 немноголюдных вечера.

В прошлом году на базе Россотрудничества мы делали проект, посвящённый памяти Владимира Высоцкого — «Дети Высоцкого», который проходил очень трудно, потому что на хедлайнеров нападали С14.

Последний год я делала проект — «Цена сирени» — памяти 9 мая, в который вложила не только свои силы, но и денежные средства. Это небольшая антология, в которой собраны стихи поэтов из разных стран, посвящённые Дню Победы. Она раздавалась совершенно бесплатно. Конечно, на Украине была меньшая активность, но когда была презентация, книгу буквально расхватали.

— Сейчас вас активно травят националисты за вполне адекватный пост об украинском и русском языках, а также вступлении в силу тотальной насильственной украинизации. С чего всё началось? Неужели с поста?

— Пост был последней каплей всего того, что я делала последние пять лет. Об этом говорит Стерненко (Сергей Стерненко, бывший руководитель ПС в Одессе, убивший человека и до сих пор разгуливающий на свободе) в своём видеодосье о моей якобы «сепаратистской» деятельности. Хотя именно радикалы и хейтеры — самые настоящие сепаратисты: они преследуют инакомыслящих и низводят украинское общество в пропасть этнического палеолита и тотального невежества.

— Действительно ли вас могут уволить с работы? Ведь некоторые «активные» коллеги прямо-таки настаивают на этом.

— Действительно, могут. Хотя ректор сам меня бы не уволил, но он реагирует на давление со стороны низовых ура-патриотических и экстремистских общественных структур и безликой ботофермы в сети.

— Как вы считаете, приведёт ли ваше обращение к Владимиру Зеленскому, а также огласка истории в различных СМИ к позитивным результатам?

— Президент Украины должен хотя бы на грани полного правого реванша в стране вспомнить о своих конституционных правах и обязанностях как субъекта власти. Надежда весьма слабая, но умирает, как известно, последней.

— Высказывается мнение, что данную историю вы можете использовать как повод получить политическое убежище в России. Собираетесь ли вы покинуть Украину? И что может вас подвигнуть принять такое решение?

— Я лично везде говорила, говорю и буду говорить: надо у радикалов выбить Украину, как почву из-под ног. Им надо показать, что они — не вся Украина как минимум и анти-Украина как максимум. Поэтому сопротивление должно быть внутренним: этого требуют разум, долг и воля. Но мы сталкиваемся с проблемой массового парализующего страха или молчаливого конформизма среди населения. На этом основании националисты ещё больше приходят в азарт, дерзеют и грозятся физически уничтожить тех, кого им не удалось запугать травлей и увольнением. В том числе, и меня. В мой адрес поступает масса угроз, дело уже зарегистрировано в полиции.

Убежище на этом свете можно получить и вперёд ногами, но жаль им сдавать Украину. В любом случае, я никуда уезжать из страны не собираюсь, разве что депортируют насильно или начнут причинять физический вред.

Источник


Если Вы хотите, чтобы мы разместили Вашу новость на нашем портале, присылайте тексты на почту

Подписывайтесь на наш Телеграм и добавляйте свои новости для обсуждения в чате. Следите за самыми важными событиями в мире со своими друзьями!


Лента быстрых новостей LugaNews.Ru

Оставьте ваш отзыв. Сейчас комментариев к новости:

0
Ваши отзывы к новости:

Оставить отзыв

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

Это не спам
Происшествия
  • По факту ДТП в Оренбургской области возбуждено уголовное дело
    ЛНР
    Опухоль Анастасии Заворотнюк
    18-летняя Билли Айлиш публично разделась в знак протеста против бодишейминга
    ВСУ БМП
    Два пьяных бойца ВСУ получили ранения
    Юлия Волкова
    ВСУшники по очереди хлебают из одной посуды
    Что сейчас читают
  • Дженерики